Новое лицо столичных фасадов: арфы, фьорды и хамелеоны. Столица вышла в лидеры по количеству оригинальных архитектурных концепций

По итогам прошлого года Москва побила рекорд по объемам вводимой недвижимости, перевыполнив план почти вдвое. Несмотря на то, что фоноваяжилая застройка сохраняет преимущество, уникальная архитектура формирует центры притяжения, а потому столичные застройщики без каких-то удобных, но концептуальных «фишек»проекты просто не выводят.

Визуальное разнообразие городской среды – главный запрос общества, как в общественных пространствах, так и жилом фонде.Открытие Дома культуры ГЭС-2 и его уникальная реконструкция, проведенная Ренцо Пьяно, задали новый уровень в архитектуре столицы. Появление таких объектов – тренд времени. В городе сформирован четкий запрос на уникальные акцентные строения. Например, на Симоновской набережной, которая сейчас переживает возрождение,Formaвозводитквартал в природном образе настоящего норвежского фьорда. Фьорды — это длинные узкие морские заливы, глубоко врезающиеся в сушу. Это новый опыт взаимодействия человека с природой. Проект возводится на пересечении разных городских сценариев – Москва-река, пешеходная набережная, оживленная транспортная артерия, мост. Воздушное остекление лоджий на контрасте с каменным фасадом в различных оттенках серого от самого темного у основания до светлого на верхних этажах создает эффект тектонической структуры, веками обмываемой морями, подчеркнет экологичность локации и станет новой достопримечательностью города.

Интересно, что яркие архитектурные концепции возникают по всему городу, не только в его центральной части. Например, создатели нового квартала ALIAна территории бывшего Тушинского аэродромавпервые предложили концепцию фасадов-хамелеонов. Архитекторов вдохновили главные столичные доминанты, виды знаменитых сталинских высоток в разное время дня. Семь зданий, построенных в течение десяти лет с 1947 по 1957 годы, до сих пор определяют облик нашего города. Их виды утром и днем – в лучах яркого солнца, вечером – в оранжевых, теплых закатных оттенках помогли архитекторам связать эти художественные образы с новым проектом. Фасады зданий, выполненные из алюминиевых композитных панелей, меняют свой цвет в зависимости от освещения. Палитру проекта создают алюминиевые геометричные панели, фактурная клинкерная плитка и стекло. Особое внимание уделено сложной геометрии фасадов, которая передает объемы здания, делает их с одной стороны невесомыми, а с другой – необычными и парящими.

Форма, наиболее очевидный аспект, который в большей степени влияет на восприятие города. В XXI веке городские формы претерпели изменения вслед за отдельными зданиями и сооружениями, они стали более текучими, утратили линейность. Так, в районе Покровское-СтрешневоLevelGroupвозводит уникальное строение, по конфигурации напоминающее арфу, которое будет представлять собой яркий образец эко-стиля. Проект расположен в одном из самых экологичных районов столицы на живописной стрелке Москвы-реки и Сходни в окружении зеленых парков. Архитекторы привнесли в проект модернизированный взгляд на традиционное русское зодчество, добавив в облицовку фасадов высокопрочный и экологичный материал, имитирующий дерево.При этомзадача была создать не только красивый, но и практичный объект. Расширяющаяся форма здания позволит открыть больше панорамных видов для его жителей.

Максим Гурвич, заместитель директора Института Генплана Москвы:

«Москва действительно располагает к появлению оригинальных архитектурных концепций. Конечно, в городе есть места, которые требуют тонкой адаптации решений к сложившейся среде. Здесь идентичность поддерживается и планировкой, и архитектурным обликом зданий. К таким проектам можно отнести фабрику «Большевик» и ГЭС-2 с прилегающей территорией. В этих проектах мы видим не только стильную архитектуру, но и работу планировщиков, благодаря которой эти локации стали частью жизни города.

Но есть территории, для которых свежие идеи жизненно необходимы. Тут вспоминается ЗИЛ с новой планировкой и парком Тюфелева Роща или редевелопмент Южного Порта. Москва открыта для всех «архитектурных жанров»: где-то мы поддерживаем существующую историю, а там, где это необходимо, создаем новый нарратив».