Муниципальная скорая помощь – нищета по нормативу?

Не так давно министр здравоохранения Забайкалья Оксана Немакина в интервью на телеканале "Забайкалье" рассказала, что молодые врачи и фельдшеры не хотят ехать в села из-за отсутствия инфраструктуры. Так, за весь 2024 год забайкальскому минздраву удалось направить в села всего восемь человек, причем сама г-жа министр честно признала, что особой заслуги министерства в этом мало – эти специалисты «… просто вернулись домой».

Нет сомнений, г-жа Немакина во многом права и кадровый голод в медицине сельского уровня общеизвестен, а про работу скорой помощи в сельских районах и вовсе трудно говорить без печали.

Однако, как мы недавно рассказывали, даже в больших российских городах с медицинским персоналом имеются немалые проблемы. Хотя, казалось бы, в инфраструктурном плане в этих городах все более чем прилично: театры, музеи, школы и вузы, интернет и прочие признаки современной цивилизации здесь весьма развиты.

Впрочем, предположим, что современной образованной медицинской молодежи хочется большего и все они стремятся в действительно крупные города-миллионники, где уж точно с данным вопросом все более чем в порядке? По данным на 2021 год в нашей стране имелось 16 городов с населением более миллиона человек. Если вычесть из этой цифры такие признанные мегаполисы как Москва и Санкт-Петербург, то собственно «миллионников» останется 14, и все эти города трудно упрекнуть в отсутствии тех достоинств и благ цивилизации, к которым стремится наша молодежь.

И насколько хороши дела с медицинскими кадрами и со скорой помощью в этих инфраструктурных оазисах?

Новосибирск. Местный минздрав выпустил отдельное разъяснение на тему возможно непредсказуемо длительного ожидания скорой помощи – время прибытия скорой здесь теперь «не регламентировано», что сразу вызывает отдельный вопрос о соблюдении соответствующих федеральных нормативов по оказанию скорой медицинской помощи. Но федералы молчат.

Воронеж. Дефицит кадров дошел до такого уровня, что приказом заместителя министра регионального минздрава Королюка фактически введен запрет на выдачу больничных сотрудникам скорой помощи – теперь главные врачи медицинских организаций обязаны по каждому такому случаю назначать врачебную комиссию. Получается, что сотрудникам скорой фактически предложено болеть прямо на рабочих местах, заражая коллег и пациентов на вызовах?

Уфа, Башкирия. Трудно даже представить, до какого уровня должны дорасти проблемы, чтобы о них особо упомянул Президент Путин во время своего визита, после чего глава Башкирии собирал специальное совещание?

Самара. Даже острый дефицит кадров никак не повлиял на формальное приведение к штатным нормативам сотрудников местной скорой помощи, в результате чего многие отказались переходить на фельдшерские ставки и просто уволились. Четыре огромных города из четырнадцати, и везде одно и то же. Да и по остальным городам-миллионникам ситуация не лучше, достаточно просто набрать в поисковике – «скорая помощь в городе…».

Так, может быть, причина столь острого и практически всеобщего кадрового дефицита медперсонала не только и не столько в инфраструктуре?

Возможно, что нетривиальное решение лежит на поверхности и заключается просто в достойной оплате медицинским работникам за их нелегкий труд – ведь сочетание колоссальной нагрузки и ответственности с нищенской зарплатой никак не может быть компенсировано наличием в городе театров и музеев? Например, в уже упомянутой Самаре средняя зарплата главного врача городской скорой составила более 150 тысяч рублей, замов – около 120 тысяч, тогда как врач скорой получает около 50 тысяч. Честно говоря, невелики цифры даже для должностей главного врача и его замов, однако низовой медицинский персонал просто загоняется в нищету, причем официально и «по нормативу».

А, если сами врачи поставлены в такое положение, то о каких гарантиях для населения может идти речь?