Почему нужно обязательно посмотреть «Левиафан»

«Нечего на зеркало пенять…»

После оглашения результатов оскаровского голосования многочисленные критики Звягинцева радостно выдохнули, а некоторые, возможно даже и очень православно перекрестились – слава тебе, Господи, обошлось!

Ведь сколько ни причитай в верноподданническом прогибе про «заказуху», про очернительство, про стремление режиссера исключительно к статуэткам и красным ковровым почестям, ради которых, якобы, Звягинцев готов продать даже родную маму, но все эти брызганья слюной быстро забудутся, а в истории (причем, не только в истории кино) остается только сам факт присуждения претенденту Оскара.

Разумеется, говоря совсем уж по гамбургскому счету, критики «Левиафана» и про сам Оскар могли бы много чего накомментировать – и про явную пристрастность американских киноакадемиков к своему заокеанскому болотцу, и про очевидную тенденцию политизации этого шоу в целом, постепенно приближающемуся к уровню конкурсов «Мисс Мира», и много чего еще.

Но только вот родные призы и статус наших отечественных фестивалей и статуэток пока, увы, «не тянут», а только тянутся к подобному уровню, тянутся изо всех сил, не жалея никаких бюджетных ассигнований на приглашения звездных имен в жюри и в программу, но пока все без видимых успехов – например, можете ли вы представить себе, чтобы режиссера или актера характеризовали эпитетом «орлоносный» или фразой «Он на «Нику» номинировался целых пять раз!».

Поэтому даже сам факт попадания «Левиафана» в финальную оскаровскую номинацию вызвал столь бурную волну истерики, а уж получение Звягинцевым этой статуэтки и вовсе могло довести до инфаркта очень многих комментаторов, отчего все они и выдохнули с совершенно явным облегчением – всё, «Оскара ему не дали!», и теперь от неприкрытого злопыхательства можно перейти к тупому игнорированию ленты, доставившей столько валидольных переживаний.

Реакция самого Звягинцева на итоги голосования была вполне предсказуемой и очень достойной, как, впрочем, и его вынужденные ответы своим заочным оппонентам. В недавнем интервью «Известиям» режиссер даже выразил сожаление по поводу невольно допущенной им пикировки с министром Мединским и с улыбкой сказал, что предлагал министру «ввести мораторий на взаимные уколы».

Выбор оскаровских киноакадемиков в пользу польской ленты «Ида» был вполне предсказуем, что отражали и ставки хорошо информированных околооскаровских букмекеров – разумеется, очередной фильм о притеснениях евреев (в данном случае со стороны поляков во время Второй Мировой войны) оказался для жюри гораздо более близким по национальному признаку, что является своего рода неявным свидетельством о том, что «Левиафан» не относился к числу политических проектов Госдепа (вспомним здесь некоторые Нобелевские премии).

Но Звягинцев и без того собрал настолько беспрецедентный урожай призов (например, Золотой Глобус наши фильмы не получали полвека), что стыдиться этого условного поражения для него причин никаких нет.

Если у кого и есть причины для стыда, то это именно у нас самих, как минимум за результаты голосования у Сергея Доренко, где за вопрос «Я «Левиафана» не видел, но считаю, что он русофобский» проголосовали 48 процентов процентов слушателей.

Есть резон стыдиться и за явное нежелание согласиться с той правдой, которую Звягинцев показал вполне корректно и в чем-то даже очень деликатно, избегая чрезмерного акцентирования, а лишь зримо обозначая те вопросы и темы, которые, на самом-то деле очень часто в нашей действительности выглядят куда как более неприглядно.

Ведь показанная Звягинцевым местная власть «решает вопрос» все же через суд, а не по откровенному беспределу, местный архиерей весомо-лаконичен и отнюдь не окружен свитой смазливых мальчиков, вышестоящее начальство прибывает на открытие храма не на вертолетах, а уж фальшиво причитать по поводу количества выпиваемой в России водки и вовсе пристало только иностранцам, одевающим в шапки-ушанки даже наших космонавтов на орбитальной станции.

Вынося свои приговоры и диагнозы, отечественные критики Звягинцева естественным образом указали на свои собственные вполне очевидные диагнозы и их поспешное бегство от зеркала только дополнительно свидетельствует о подлинности неприглядного отражения.

Ведь если вы поете осанну властям небезкорыстно, то правда «Левиафана» в полной мере показывает всю степень вашей продажности, а, значит, нужно срочно объяснить миру, что это именно «Левиафан» очерняет нашу страну и тех добрых и достойных руководителей, которых вы неустанно воспеваете как истинный патриот страны.

Якобы провал проката «Левиафана» обусловлен скорее огромным количеством Интернет-скачиваний этой картины и её определенной спецификой -- это не блокбастер, который нуждается в огромном экране для получения более острых ощущений от эффектов, это фильм для размышления и параллельного примеривания увиденного на себя, сверки показанного со своим опытом знания нашей действительности, для обсуждения и, возможно, последующего разбора, где, как известно, подчас требуется и пресловутая бутылка.

Поэтому для любого гражданина нашей страны, не имеющего «запасного аэродрома» под Ниццой, просмотр «Левиафана» просто показан, как некое общепрофилактическое лекарство от глупых иллюзий – как на предмет истинных мотивов и механизмов повседневного существования родной нам власти, так и в части искренности многочисленных громкоголосых патриотов этой власти.