Русско-турецко-немецкие дефиле

Позиция Газпрома по отношению к контракту с Украиной, который заканчивает своё действие в 2019 году, в последнее время вдруг претерпела кардинальные изменения – глава газовой корпорации Миллер неожиданно для многих заявил о возможности продолжения газовых отношений с Украиной после 2019 года, от чего ранее открещивался почти как черт от ладана.

Конспирологический шепот в СМИ немедленно достиг околоистерического накала – ага, Путина «продавили», смотрите, нам все равно придется поставлять газ через хохлов, которые с удовольствием продолжат его воровать и, следовательно, Путина заставили-таки финансировать украинские маразмы!

Конечно же, нет ни малейших сомнений в том, что Президенту приходится выдерживать жесточайший прессинг со стороны коллективного Запада, однако для понимания причин изменения позиции России по газово-украинскому вопросу следует немножко оглядеться, чтобы увидеть и другие немаловажные события, в декорациях которых и были сделаны очередные заявления Миллера.

После неожиданного для европейцев заявления Газпрома о прекращении поставок через Украину после 2019 года на первый план газового спектакля закономерно выдвинулся новый «Турецкий поток», о котором Президент Путин и турецкий лидер Эрдоган договорились на декабрьской встрече в Турции.

Однако, вопреки всем торжественным обещаниям турецкой стороны, Эрдоган не стал торопиться с немедленной реализацией проекта, выдерживая очевидно показательную паузу в очевидном стремлении выжать из Газпрома максимальные скидки на газ для Турции.

Российская сторона уже фактически приступила к выполнению на своей стороне работ по прокладке новой ветки газопровода, а Турция все еще не смогла согласовать с Газпромом точный маршрут будущего «Турецкого потока» по своей территории. Такая турецкая неспешность тем более явно свидетельствует об активной подковерной торговле, сопровождавшей все эти процессы, поскольку к «Турецкому потоку» поспешила стремительно присоединиться Греция, для которой подобные проекты сейчас необходимы как воздух.

Афины уже успели договориться с Москвой даже о кредитных нюансах обстоятельств будущего строительства и транзита, тогда как Анкара все еще медлила с окончательными решениями.

Справедливости ради следует отметить, что у хозяина Анкары были и другие колоссальные «головные боли»: эти и ИГИЛ (террористическая группировка, запрещенная в РФ), и курдская проблема, и события в Сирии, но важнейшей задачей Эрдогана было сохранить парламентское большинство, чего ему не удалось -- по результатам парламентских выборов, прошедших в начале июня, Эрдоган утратил главенствующую позицию в парламенте страны и впервые за 13 лет в Турции начался крайне непростой процесс переговоров о формировании коалиционного правительства.

Однако для Москвы даже при максимальном понимании проблем Эрдогана, позиция неторопливого торга, занятого Анкарой, с каждым днем повышала самые неприятные риски (от переформатирования проекта при чрезмерном снижении цен и вплоть до отказа), что почти невозможно было терпеть столь долгое время, более полугода.

В этой ситуации Москва сделала очередной сильный ход, назидательно показывающий Турции, что у России есть не только свои соображения по поводу тезиса «Покупатель всегда прав», но и мощные альтернативные варианты.

Во время Санкт-Петербургского экономического форума Россией и Германией был подписан меморандум о создании еще одного северного морского трубопровода в Германию, что указало не только неторопливым туркам, но и всем интересантам европейского газового рынка на важность другого тезиса -- «Надежный поставщик всегда в цене».

Американское издание The Trumpet в статье под названием «Опасный новый «Северный поток» «Газпрома» в Германию» выражает нескрываемое недовольство новым русско-германским проектом: «Как только трубопровод будет завершён, почти вся Восточная Европа может оказаться полностью вычеркнутой с газовой картины». Издание пишет, что теперь Украина, Польша, Венгрия, Румыния, Белоруссия и Словакия будут исключены из газового процесса, что, в общем-то недалеко от истины.

Каждый, кто хоть немножко играл в шахматы, знает такое определение хорошей позиции – если у тебя много хороших и интересных ходов, то твоя позиция хорошая.

Более чем очевидно, что у нас очень хорошая позиция в газовом вопросе, поскольку сделанный Москвой ход демонстрирует всем (в первую очередь корыстно-медлительной Турции), что теперь Россия уже не будет зависеть от одной транзитной линии на европейском направлении.

Более того, этот маневр берет Евросоюз практически в полные «газовые клещи», что сильно бьет по американским планам об отделении России от Европы и тотальном подчинении Евросоюза интересам США.

Именно в этих новых условиях и прозвучало так удивившее всех заявление Миллера о том, что им получено поручение Президента Путина провести переговоры с Украиной о продлении транзита российского газа после 2019 года – «Когда контракт будет заканчиваться, мы соответствующие переговоры с нашими украинскими переговорами по транзитному контракту проведем. У нас по этому вопросу есть прямое поручение президента России Владимира Путина».

Столь неожиданное изменение позиции Москвы является прекрасным продолжением общей линии на диверсификацию газовых потоков, и, одновременно, дополнительно способствует уже откровенному подталкиванию к конкретным действиям Анкары, которая явно чрезмерно увлеклась игрой на понижение цены российского газа.

Россия показывает, что имеет много хороших вариантов, помимо турецкого, для уверенного продолжения своей газовой партии – это и намеченный переброс значительной части основных европейских газовых потоков на второй северный газопровод, это и продолжение украинского транзита, и даже (об этом тоже негромко говорят в кулуарах Газпрома) возврат к ранее «похороненному» болгарами проекту «Южного потока».

Для Германии второй газопровод тоже сулит немалые выгоды, обещая статус главного распределителя европейских газовых потоков и серьезное ослабление экологического «зеленого капкана».

Как видно, Турции есть теперь о чем подумать, и есть куда поторопиться.