Судебно-полицейский шантаж

Такие ситуации встречаются на наших дорогах каждый день во множестве.

Кто-то кому-то своевременно не уступил дорогу, или неудачно сманеврировал («подрезал») и вот уже одна машина преследует другую, яростно моргая дальним светом и призывая остановиться для выяснения отношений.

Благоразумные водители обычно предпочитают всеми способами уйти от такой непредвиденной беседы на обочине, но некоторые (уверенные в себе и своей правоте) правдолюбцы часто останавливаются, чтобы уточнить причину столь активного поведения другого водителя.

Иногда такая беседа сопровождается повышенными тонами и относительно мирным размахиванием руками, после чего водители разъезжаются и, как казалось бы, должны навсегда забыть этот эпизод, но – спустя некоторое время один из них получает повестку в полицию, в территориальный отдел дознания.

Оказывается, второй водитель подал заявление, в котором просит полицейских принять соответствующие меры к неизвестному, жестоко избившему его прямо на дороге и уехавшему на своем автомобиле, госномер которого в точности соответствует номеру автомобиля первого водителя.

Самое интересное, что у данного эпизода были свидетели, которые очень хорошо запомнили эту отвратительную выходку на дороге – настолько хорошо, что легко вспомнили об этом случае спустя почти месяц, когда их неведомым образом умудрился разыскать и опросить дотошный полицейский дознаватель.

Во всяком случае, так говорит дознаватель, сканирующий обвиняемого в избиении своим профессионально-оценивающим взглядом, и сразу предлагающий ему «уладить дело миром» со второй стороной этого эпизода.

Вторая сторона точно знает и легко озвучивает свою цену для наступления мира в ситуации, где последствием войны вполне может быть и уголовная статья, и реальный срок – и эта цена настолько немаленькая, что требует времени для осмысления.

Обвиняемый возвращается к дознавателю и пытается найти у него сочувствие и понимание, но слышит в ответ, что «лучше бы решить дело миром сейчас, в суде будет только дороже…».

При этом, надо понимать, что предъявленное обвинение не только «высосано из пальца», но еще и обставлено с подготовленными лжесвидетелями, так как никакого зверского избиения с нанесением телесных повреждений на самом деле не было, как не было и свидетелей.

В действительности же кроме активной жестикуляции и, как максимум, взаимной демонстрации калибра бицепсов ничего не происходило – возможные легкие взаимные толчки и шлепки пальцами к избиениям никак не относятся.

Однако в деле уже фигурируют результаты посещения «потерпевшим» врача, причем не своего, районного, а, почему-то из другого района и не в день происшествия, а несколько позднее – надо ли говорить, что «левый» врач фиксирует у «потерпевшего» наличие покраснений и следов царапин, которые на момент возбуждения дела уже благополучно исчезают, что исключает возможность повторной экспертизы наличия телесных повреждений.

Картинка для обвиняемого получается грустная: в деле есть заявление потерпевшего, есть справка от врача, есть показания свидетелей, согласно которым мелкий дорожный эпизод становится уголовно наказуемым деянием, квалифицируемым по ст. 116. часть 2 а УК РФ (побои из хулиганских побуждений), по которой предусматривается наказание до двух лет лишения свободы.

Нам неизвестно, сколько подобных бесед у дознавателя завершались прямо на данной стадии уплатой вымогателям требуемых ими сумм, но, вероятно, многие предпочли заплатить.

Зато нам известно, что происходит, когда обвиняемый платить не хочет.

Если дело происходит в районе «Академический», то от начальника отдела дознания майора полиции Абрамова В.В. дело попадает к мировому судье Николаевой О.А..

Судья Николаева О.А., вероятно, настолько уверена в тех материалах, которые поступают к ней от майора Абрамова В.В., что её ничуть не смущают никакие, даже самые явные нестыковки в показаниях свидетелей, самого потерпевшего и результатах проведенных экспертиз.

Били по лицу (говорит потерпевший), а след царапины на шее (говорит врач) – какая разница?

Свидетель говорит, что с расстояния больше трехсот метров в дождливую погоду видел удары по лицу кулаками, хотя обвиняемый стоял к свидетелю спиной, а потерпевший при этом сидел в машине – ну и что, может у свидетеля настолько отменное зрение?

Откуда вообще мог взяться свидетель, живущий на другом краю Москвы и, самое главное, как его нашел майор Абрамов В.В. спустя почти месяц после даты инцидента – наша полиция умеет работать, разве вам это удивительно?

Да, нам очень удивительно, что, похоже, предусмотренные законом материалы (факты, доказательства и т.п.) для этих старых знакомых – судьи Николаевой О.А. и полиционера Абрамова В.В. – вообще не имеют никакого значения. Даже наш беглый интернет-поиск показал, что очень похожее дело с их же участием рассматривалось еще в 2011 году, и, более чем вероятно, что профессиональный анализ со стороны компетентных органов всех дел судьи Николаевой О.А. на указанный нами предмет даст не менее удивительные результаты.

Адресуем эту фактуру компетентным органам, а нашим читателям советуем обратить внимание на еще один отработанный механизм отъема денег у населения.